Казахстан и Туркмения под прицелом США

Последняя по времени активизация действий американских военных в Ираке является демонстрацией «борьбы» администрации Обамы против террористической группировки «Исламское государство», запрещённой в Российской Федерации. 

Причиной этой пиар-акции стало совпадение предвыборных интересов демократов, внешнеполитических интересов Государственного департамента и Пентагона, и деловых интересов транснациональных компаний США и стран Персидского залива. Это проявление цивилизационных интересов Запада, которые реализуются в одном из самых геополитически важных регионов мира.

Рассматривать атаку на Мосул следует именно в рамках цивилизационной парадигмы. Иначе действия США, то снабжающих террористов оружием, то бомбящим их, выглядят нелогичными. Для транснациональных компаний не столь важно освобождение Мосула от террористов, сколько использование боевиков как инструмент для решения своих проблем. Руками террористов они стремятся убрать Башара Асада в Сирии. Сверхзадача — взять под контроль территорию возможного транзита углеводородов из зоны Персидского залива и Ирана в Европу. На севере Ирака они преследуют ту же цель, планируя использовать в своих интересах скопившихся в районе Мосула террористов.

ИГИЛ создавалась западными спецслужбами.  Сегодня она поддерживается для контроля Сирии, нефтеносных районов Ирака  и других транзитных территорий. 

Например, пространство между Туркменией и Пакистаном, где реализуется проект ТАПИ – газопровод от крупнейшего в Туркмении  газового месторождения «Галкыныш» на юг через Афганистан и Пакистан до Индии. Из этого месторождения планируется  направить ветку на север – через Казахстан и Россию в Европу, и на Запад – через Каспий в Азербайджан и далее.

Проект ТАПИ – конкурент американо-саудовским и американо-катарским компаниям, поддерживающим Хилари Клинтон в предвыборной борьбе за пост кандидата в президенты США. Боевики – единственная сила, которая может помешать осуществлению проекта ТАПИ.  Цель вытеснения  боевиков из Мосула их передислокация  под Алеппо, чтобы разблокировать город, и не дать сирийскому правительству и российским ВКС одержать победу над «умеренной оппозицией». Вторая цель – направить боевиков в Афганистан, основные стратегические объекты на северо-западе которого  находятся под контролем американских военных. На западе Афганистана, контролируемом радикальными исламистами, происходит стыковка поступающих из США вооружений  и техники с лидерами террористических организаций.

Пришло время очередной стыковки и переориентации части террористов  на север: от Герата через Мары на Ашхабад и Туркменбаши. Два года назад  «неопознанные» террористы напали на туркменские погранпосты с характерным  для боевиков ИГИЛ почерком —  отрезание голов захваченным в плен пограничникам и т. п. Вторая атака боевиков на Туркмению в июне 2016 г. совпала с терактами подполья в казахстанском городе Актобе.

Северо-запад Афганистана становится средоточием интересов США, России, шиитского Ирана, суннитов,  Китая и Индии. Китай – основной потребитель туркменского газа,  заинтересованный в реализации проекта «Один пояс – один путь», южную ветку которого и трубопровод ТАПИ предполагается проложить через Иран и Сирию. Заинтересована в туркменском газе и Индия.

Россию беспокоит безопасность на южных рубежах.  Север и запад Афганистана –  прямой путь проникновения  боевиков в Центрально-Азиатский регион, где сегодня проводится массированная джихадистская обработка молодёжи. Это прямой путь в мусульманские республики Российской Федерации, молодёжь в которой уже упускают система «болонского» образования, постмодернистская культурная политика и вялая национальная политика России.

Опасность  атаки боевиков на постсоветские страны со стороны афганской границы  держат в напряжении  Россию  и страны ОДКБ. Возникает еще элемент влияния — размен «НЕнападения» террористов на ту или иную страну на её уступки Западу. 

Саид Ниналалов 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *