Дмитрий Стешин: “Немцев мне очень и очень жалко”

Как обгадившаяся немецкая либерасня манипулирует сознанием обывателей: “По результатам опроса Bild am Son­ntag от 7 января, 49% немцев боятся повторения подобных нападений, в то время как 39% опрошенных опасаются, что не получат должной защиты со стороны правоохранительных органов. ”

Понятно, что опрос показал совершенно неприемлемое значение ненависти, да еще с таким забавным подтекстом, хе-хе — 88%. Поэтому цифирки разбили на две части, хотя они плюсуются.

А немцев мне очень и очень жалко. Во первых, моя бабушка, чертежница Сталинградского завода “Красный октябрь”, дошедшая до Франкфурта на Одере, сказал мне дословно: “я их давным давно простила”, хотя фрицы оставили бабушку без юности.

Если воевавшая мудрая бабушка простила, то внукам как-то странно скакать тут коньками-горбунками и брызгать ядом.

Во вторых, считал и считаю, что Великая Отечественная, это так называемый встречный пал, который используют для борьбы с лесными и степными пожарами. И пустили этот пал, который пожрал две прогрессивные и необычные социально-экономические концепции, некие хитрые плутократы.Вычислить их не сложно — по итогам Второй мировой эти пид@р@сы стали жить лучше чем прежде.

 В третьих, судьба сводила меня постоянно с обрусевшими или не очень этническими немцами: Эдуард Ульман, Андрей Курочкин, который приехал к нам в Донецк из Мюнхена, чтобы своими глазами все увидеть и разобраться. Уве и Лиза Лемке из “ухода за воинскими захоронениями”, наконец, просто “Немец”, с автоматом, на завалинке у мазанки в Никишино, под Дебальцево. Ополченец-доброволец.

Люди эти были как правило добрые, честные, порядочные, отличные товарищи, почему-то искренне любящие и переживающие за Россию. И я думаю, не надо тут злорадствовать, нужно посочувствовать немцам, а у кого есть силы — за них помолиться. Возможно, и помогать придется, ибо со времен Екатерины, сделали они для России немало хорошего. Но и про плохое забывать не надо, конечно.

Еще про Кельн:

Мне кажется, тут дело не в том, что железные европейские фаланги дали кому-то звизды на краю Ойкумены и разрушили пару кишлаков.

Ближний Восток из-за новых систем хозяйствования моментально перенаселился и сразу же началось переселение населения.Ну не в Мали же им бежать. Не сомневаюсь, что именно Каддафи первым бы использовал переселенцев как инструмент для давления на Европу и как метод агрессии. А все намеки Полковника на то, что он сдерживает антропоток — лукавство, как напольные кондиционеры в его бедуинском шатре в Триполи. И хрустальные люстры. В шатре, Карл! Я привез домой на память пару хрустальных висюлек.

Дмитрий Стешин

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *