Хозяин гаштета

       Совсем, ну совсем, неожиданная и такая удивительная встреча. Уже через двадцать лет. Вот и неправда, что в одну реку нельзя войти дважды.  Может сразу нельзя. А через двадцать лет, как оказалось, можно. И вот они, трое участников радостных и грозных событий последних дней войны, опять совершенно неожиданно встретились в Потсдаме.

         В Потсдамском гарнизонном доме офицеров проходила научно-конференция «Двадцать лет Победы, освобождения и мира». Полковник Булатов, редактор газеты Группы советских войск в Германии «Советская Армия», вслушивался в фамилии представляемых участников конференции. С особенным вниманием — в название организаций и фамилии немецких участников из ГДР. Чтобы в публикациях, в газете Группы советской войск в Германии, не было неточностей. И, не дай Бог, ошибок.

      Звучат фамилии участников и гостей с советской стороны, вначале тех что в президиуме. И что это ? Не может быть! Да это же Нина  Та самая Нина Савушкина ! Уже не девушка-лейтенант, переводчица, стройная как тополь. А статная моложавая, ухоженная, красивая дама, доцент университета, автор учебника по немецкому языку и книги о войне. Так объявили. Встретил бы на улице – не узнал. Прочла немедленно отправленную ей в президиум записку. Удивлённо улыбнулась. Кивнула головой, согласна встретиться в перерыве. И стала искать глазами автора записки. Увидела поднятую руку. Ещё раз кивнула.

     И вот в перерыве они пожимают друг другу руки и обнимаются. А потом, пауза, перед морем вопросов и взволнованных ответов. Как в затишье перед порывом бури. Но в эту паузу к ним вторгся среднего роста крепыш подполковник. Подошёл с совсем вначале непонятным вопросом: «Так, так, значит без меня решили встретиться?» Трудно было, но всё же по голосу, по манере говорить и по весёлым озорным глазам узнали: «Федя, Фёдор   Поспелов! Ну никуда не спрятаться и не уйти от контрразведки!».

       Булатов спросил-симпровизировал: «Когда то старший лейтенант контрразведки, наш боевой товарищ. А теперь кто ?» И получил быстрый ответ: «А теперь старший офицер отдела контрразведки штаба Группы советских войск в Германии». От Булатова сразу поступило предложение после окончания первого дня конференции собраться и отметить встречу.

      И вот они за столиком в гаштете говорят и говорят, задают вопросы, отвечают и снова задают вопросы: «А помните?», «Да это было потом …». Но вдруг, когда был сказан ещё один тост, перед их столиком появилась фигура грузного немца с подносом, заполненным закусками и бокалами пива. Поднос этот немец поставил на столик и, вдруг, не встал, а буквально рухнул на колени, опираясь одной рукой на край столика… Замолчали от неожиданности. Первым отреагировал Поспелов: «Быстро встаём и уходим! Это- провокация!». Савушкина почти одновременно быстро спросила по-немецки в чём дело. И чего хочет этот среднего возраста, внешне опрятный и солидный немец?

     Ответ всех насторожил и вызвал интерес. Савушкина перевела: «Он хочет сказать опоздавшее спасибо полковнику и нам, его товарищам. Он-хозяин гаштета». Булатов подключился к разговору своими вопросами: «За что мне спасибо? И что значит опоздавшее спасибо? И пусть встанет».. Немец встал и продолжил разговор, Савушкина переводила. А разговор был такой: «Вы конечно меня не узнали. Да и как узнать давно было. Я тот самый мальчишка из гитлерюгенда, которого вы не расстреляли в лесу у Потсдама»

      И всем вспомнилась дорога и путь к Потсдаму через лес. Их машина — легковушка. Водитель –пожилой сержант с автоматом ППШ. Корреспондент газеты фронтовой газеты «Красная Армия» капитан Булатов. Редакционное задание: написать об освобождённом 4 гвардейской танковой армией 1‑го Украинского фронта из нацистского концлагеря бывшем премьер-министре довоенного правительства Франции Эдуар Эррио с женой. Он был сторонником франко-советского сближения, но вместе с французскими лидерами заигрывавшими с нацистами до войны угодил в концлагерь. Лейтенант –переводчица Савушкина со знанием немецкого и французского на заднем сидении. Рядом старший лейтенант контрразведки Поспелов для сопровождения контактов с освобождёнными из концлагеря важными иностранцами. И для получения нужной информации. Войсками 1‑го Украинского фронта были освобождены из концлагерей тысячи французов, англичан, датчан, бельгийцев, норвежцев.

     При освобождении иностранцев из концлагерей своей дерзостью и смелостью отличились лейтенант В.С. Езецкий и командир разведгруппы старший лейтенант Ф.И. Жарчинский, ценой своей жизни спасший и бывшего командующего вооружёнными силами Норвегии О.Руге. Надо было подготовить объёмную справку, несколько статей, взять несколько интервью у освобождённых иностранцев и сослуживцев героев.

     По пути в Потсдам активно обсуждали план действий — выполнения объёмной совместной задачи. К ней ещё добавлялось задание написать очерк о спасённых командирами и красноармейцами шедеврах живописи дворцов в Сан Су Си. Со смехом остановились на вынужденную остановку свернув на обочину дороги у леса.  Мужчины в одну сторону, лейтенант Савушкина –в другую. И вдруг она вскрикнула: «Там в кустах кто то прячется!». После очереди из автомата к дороге выбежал испуганный долговязый юноша, мальчишка –гитлерюгендовец. С поднятыми руками и криками: «Гитлер ‑капут, Гитлер- капут, Гитлер –капут!».

      Поспелов крикнул: «К кустам его и шлёпнуть! Сержант –вперёд. Савушкина, спроси: здесь в лесу он один? А то нам в спину …». Савушкина спросила, гитлерюгендовец быстро ответил, что один, все погибли неделю назад: не умели стрелять. И что он пробирается домой, в Потсдам. Сержант стал отталкивать гитлерюгендовца от дороги в лес к кустам. Снял автомат с предохранителя и щёлкнул затвором. Мальчишка-гитлерюгеновец упирался ногами и кричал: «Найн, найн, найн !». Савушкина нервно дёргала Булатова за рукав гимнастёрки: «Остановите, остановите их. Ведь он – мальчишка! Красноармейцы в детей не стреляют!». Булатов приказал-как отрезал: «Отставить расстрел! Сержант пинка ему под ж…у. Да посильнее! Быстрее побежит нах хаус к мутер!» …

     Немца пригласили за стол. Он сбивчиво благодарил, благодарил и благодарил. Рассказывал, как рад что остался жить. Была и любовь. Открыл своё дело –гаштет. Есть уже взрослые дети. Двое. Все любят гулять в Сан Су Си, прогулки на катере. И смотреть вместе на закат.  И что это –их большой, очень большой подарок ему, немцу, его жене и детям.

    Савушкина спросила у Булатова, который жил и служил в Потсдаме, есть ли в Сан Су Си плакат или таблички, что всё в Сан Су Си спасли и сохранили красноармейцы. А Булатов с иронией и грустью ответил, что таких плакатов и табличек в Сан Су Си. Но есть историческая надпись, оставшаяся навсегда на каменной дорожке напротив входа в Летний королевский дворец. Над этой надписью очень и очень долго, ночами трудился красноармеец –романтик пожелавший оставить память о себе в самом центре Европы. Штык ножом он на выцарапал, нет, глубоко выгравировал: «Здесь охранял рядовой Верба. Кубань.1946 год».

      Спросили и немца, хозяина гаштета, осталась какая-либо у него память о войне и освобождении. Улыбнувшись, он грустно ответил, что у него, к сожалению, в памяти навсегда осталось то, что иногда ему сниться и порой слышится. Но к его радости всё реже и реже. Ему всё ещё мерещится в щелчке замка, в закрываемой дверце машины щелчок затвора автомата. Что случился в лесу у дороги, неподалёку от Потсдама. Двадцать лет тому назад. Когда его не расстреляли.

      Немец-хозяин гаштета с широкой улыбкой прощался со своими неожиданными гостями из прошлого. Немного придержал на выходе Булатова. И попросил Савушкину перевести, что для него, Булатова. есть приглашение. Полковник может со своими друзьями каждое воскресенье приходить в гаштет. И чисто по-немецки уточнил: просьба чтобы друзей было не больше пяти. Всех своих гостей из прошлого немец-хозяин гаштета пригласил поужинать в его гаштете завтра, после окончания второго дня научно-практической конференции. Вечером следующего дня, когда закончилась конференция, лейтенант переводчик из 34 артиллерийской дивизии, подошёл к полковнику Булатову и сказал, что во дворике Дома офицеров его ждёт немец. И лейтенант добавил, что это какой то странный немец. Он сказал, что полковника, с его двумя друзьями войны, ждёт не расстрелянный хозяин гаштета, из гитлерюгенда.

Александр Фурс

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *