Райс и Гейтс об аме­ри­кан­ском отве­те на дей­ствия Рос­сии в Сирии

0 0

Райс и Гейтс были клю­че­вы­ми фигу­ра­ми преды­ду­щей аме­ри­кан­ской пре­зи­дент­ской адми­ни­стра­ции. Кон­до­ли­за Райс зани­ма­ла пост госу­дар­ствен­но­го сек­ре­та­ря США с 2005 по 2009 год. Роберт Гейтс был мини­стром обо­ро­ны с 2006 по 2011 год.

Ресурс «Ино­С­МИ» опуб­ли­ко­вал пере­вод ста­тьи Кон­до­ли­зы Райс и Робер­та Гейт­са в газе­те “The Washington Post” о воз­мож­ных дей­стви­ях США в ответ на рос­сий­скую воен­ную кам­па­нию в Сирии.Что Аме­ри­ка может про­ти­во­по­ста­вить дей­стви­ям Пути­на в Сирии (“The Washington Post”, США). 

Мы слы­шим воз­гла­сы изум­ле­ния, зву­ча­щие в сто­ли­цах от Вашинг­то­на и Лон­до­на до Бер­ли­на и Анка­ры. Как может Вла­ди­мир Путин со сво­ей тону­щей эко­но­ми­кой и вто­ро­сорт­ной арми­ей посто­ян­но дик­то­вать ход гео­по­ли­ти­че­ских собы­тий? Укра­и­на или Сирия — похо­же, что рос­сий­ский пре­зи­дент все­гда одер­жи­ва­ет верх. 

Ино­гда воз­ни­ка­ет изде­ва­тель­ская реак­ция: это при­знак рос­сий­ской сла­бо­сти. Или чув­ство само­уве­рен­но­сти: он пожа­ле­ет о том, что решил вме­шать­ся. Рос­сия никак не может добить­ся успе­ха. Или чув­ство тре­во­ги: и без того пло­хая ситу­а­ция еще боль­ше ухуд­шит­ся. И нако­нец, чув­ство обре­чен­но­го сми­ре­ния: а может, под­клю­чить рус­ских, что­бы они помо­га­ли ста­би­ли­зи­ро­вать обста­нов­ку, ведь нам не поме­ша­ет помощь в борь­бе с «Ислам­ским госу­дар­ством»?

Путин исклю­чи­тель­но хоро­шо разыг­ры­ва­ет свои сла­бые кар­ты, пото­му что точ­но зна­ет, чего хочет добить­ся. Он не ста­би­ли­зи­ру­ет обста­нов­ку в нашем пони­ма­нии ста­биль­но­сти. Он отста­и­ва­ет рос­сий­ские инте­ре­сы, сохра­няя у вла­сти сирий­ско­го пре­зи­ден­та Баша­ра аль-Аса­да. Дело здесь не в «Ислам­ском госу­дар­стве». Для Моск­вы любая меша­ю­щая рос­сий­ским инте­ре­сам повстан­че­ская груп­пи­ров­ка явля­ет­ся тер­ро­ри­сти­че­ской. Мы виде­ли такую мане­ру пове­де­ния на Укра­ине, а теперь мы наблю­да­ем еще более агрес­сив­ное ее про­яв­ле­ние в Сирии — с бом­бар­ди­ров­ка­ми и уда­ра­ми кры­ла­тых ракет.

Путин — чело­век несен­ти­мен­таль­ный, и если Асад ста­нет для него обу­зой, он с радо­стью согла­сит­ся на его заме­ну, при­ем­ле­мую для Моск­вы. Но пока рус­ские счи­та­ют, что они (и иран­цы) могут спа­сти Аса­да. Пре­зи­дент Оба­ма и госу­дар­ствен­ный сек­ре­тарь Джон Кер­ри заяв­ля­ют, что воен­но­го реше­ния сирий­ско­го кри­зи­са не суще­ству­ет. Это так, но Москва пони­ма­ет, что это дипло­ма­тия сле­ду­ет за скла­ды­ва­ю­щей­ся обста­нов­кой, а не наобо­рот. Рос­сия и Иран созда­ют бла­го­при­ят­ную обста­нов­ку. Когда эта воен­ная интер­вен­ция себя исчер­па­ет, от Моск­вы мож­но ждать мир­ных пред­ло­же­ний, кото­рые будут отра­жать ее инте­ре­сы, вклю­ча­ю­щие сохра­не­ние рос­сий­ской воен­ной базы в Тар­ту­се.

Мы не долж­ны забы­вать, что пред­став­ле­ние Моск­вы об успе­хе отли­ча­ет­ся от наше­го. Рус­ские счи­та­ют при­ем­ле­мым и даже спо­соб­ству­ют созда­нию так назы­ва­е­мых несо­сто­я­тель­ных госу­дарств и замо­ро­жен­ных кон­флик­тов – от Гру­зии до Мол­да­вии и Укра­и­ны. Чем от них отли­ча­ет­ся Сирия? Если «люди Моск­вы» смо­гут управ­лять толь­ко частью госу­дар­ства, но при этом лишат всех про­чих воз­мож­но­сти управ­лять осталь­ной его частью — что ж, так тому и быть.

Бла­го­по­лу­чие насе­ле­ния – это тоже не вопрос. В рос­сий­ском опре­де­ле­нии успе­ха нет такой состав­ля­ю­щей, как обес­по­ко­ен­ность отча­ян­ным поло­же­ни­ем сирий­ско­го наро­да. Бежен­цы — это евро­пей­ская про­бле­ма. Меж­кон­фес­си­о­наль­ная рознь? Да это же Ближ­ний Восток! Насе­ле­ние под­вер­га­ет­ся уда­рам с при­ме­не­ни­ем боч­ко­вых бомб, а воз­мож­но, и аса­дов­ско­го хими­че­ско­го ору­жия, запре­щен­но­го дого­во­ром, кото­рый Москва сама орга­ни­зо­ва­ла? Очень жаль.

Путин­ские дей­ствия в Сирии – это ста­ро­мод­ная вели­ко­дер­жав­ная поли­ти­ка. (Да, люди дела­ют это в 21‑м веке!) Это дает ему внут­рен­ние пре­иму­ще­ства, но он не раз­де­ля­ет внут­рен­ние и внеш­ние про­бле­мы. Рос­сий­ская внут­рен­няя и внеш­няя поли­ти­ка все­гда была тес­но вза­и­мо­свя­за­на. Рос­сия чув­ству­ет себя силь­ной дома, когда она силь­на за рубе­жом. Имен­но с такой иде­ей обра­ща­ет­ся Путин к сво­е­му одур­ма­нен­но­му про­па­ган­дой насе­ле­нию, и рос­сий­ский народ верит ему — по край­ней мере, пока. Рос­сия — вели­кая дер­жа­ва, и в этом чув­стве она чер­па­ет само­ува­же­ние. Что еще? Когда в послед­ний раз вы поку­па­ли что-то рос­сий­ское, кро­ме неф­ти? Москва сно­ва обре­ла зна­чи­мость в меж­ду­на­род­ной поли­ти­ке, а рос­сий­ские воору­жен­ные силы при­шли в дви­же­ние.

Давай­те так­же уяс­ним для себя, что нота­ции Пути­ну о том, какое пло­хое реше­ние он при­нял, зву­чат сла­бо. Послед­ний раз рус­ские рас­ка­я­лись в сво­их зару­беж­ных аван­тю­рах в Афга­ни­стане. Но про­изо­шло это лишь после того, как Рональд Рей­ган воору­жил афган­ских мод­жа­хед­ди­нов раке­та­ми «Стин­гер», и они нача­ли сби­вать рос­сий­ские само­ле­ты и вер­то­ле­ты. Толь­ко после это­го исто­щен­ный Совет­ский Союз во гла­ве с Миха­и­лом Гор­ба­че­вым в сво­ем стрем­ле­нии к ком­про­мис­су с Запа­дом решил, что афган­ская аван­тю­ра ему не нуж­на.

Так что же мы можем сде­лать?

Во-пер­вых, нам надо отка­зать­ся от дово­дов о том, что Путин про­сто реа­ги­ру­ет на миро­вой бес­по­ря­док. Соглас­но этим дово­дам, Путин лишь пыта­ет­ся сохра­нить госу­дар­ствен­ную систе­му на Ближ­нем Восто­ке в ответ на тот хаос, кото­рый поро­ди­ли США сво­и­ми дей­стви­я­ми в Ира­ке, Ливии и дру­гих местах.

Путин, дей­стви­тель­но, реа­ги­ру­ет на ближ­не­во­сточ­ные собы­тия. Он видит тот ваку­ум, кото­рый обра­зо­вал­ся из-за нашей нере­ши­тель­но­сти и неже­ла­ния актив­но под­клю­чить­ся к рабо­те в Ливии и сохра­нить преж­ний курс в Ира­ке. Но Путин как защит­ник меж­ду­на­род­ной ста­биль­но­сти? Не верь­те это­му.

Во-вто­рых, мы сами долж­ны созда­вать обста­нов­ку на местах. Бес­по­лет­ные зоны и без­опас­ные рай­о­ны для насе­ле­ния – это не какие-то там непро­ду­ман­ные идеи. Такие мето­ды дава­ли резуль­тат рань­ше (защи­та кур­дов на про­тя­же­нии 12 лет от тер­ро­ра Сад­да­ма Хусей­на), и они заслу­жи­ва­ют серьез­но­го рас­смот­ре­ния. Исход бежен­цев будет про­дол­жать­ся до тех пор, пока люди не почув­ству­ют себя в без­опас­но­сти. Более того, актив­ная под­держ­ка курд­ским силам, сун­нит­ским пле­ме­нам и остат­кам ирак­ских сил спе­ци­аль­но­го назна­че­ния — это не вздор. Такая под­держ­ка может спа­сти нашу нынеш­нюю про­валь­ную стра­те­гию. Если мы отне­сем­ся к это­му серьез­но, окреп­нут наши вза­и­мо­от­но­ше­ния с Тур­ци­ей, кото­рая на себе испы­ты­ва­ет послед­ствия мос­ков­ской интер­вен­ции. Коро­че гово­ря, мы долж­ны создать опти­маль­ный баланс воен­ных сил на местах, что­бы добить­ся поли­ти­че­ско­го реше­ния, при­ем­ле­мо­го для нас и для наших союз­ни­ков.

В‑третьих, мы долж­ны обес­пе­чить «некон­фликт­ность» наших воен­ных дей­ствий и рос­сий­ских. Это непри­ят­но, и мы вооб­ще не долж­ны были допус­кать такой ситу­а­ции, когда рус­ские пре­ду­пре­жда­ют нас, что­бы мы не пута­лись под нога­ми. Одна­ко нам необ­хо­ди­мо сде­лать все воз­мож­ное для предот­вра­ще­ния инци­ден­тов меж­ду аме­ри­кан­ски­ми и рос­сий­ски­ми воен­ны­ми. По-види­мо­му, даже Путин раз­де­ля­ет эту обес­по­ко­ен­ность.

И нако­нец, мы долж­ны видеть Пути­на таким, какой он есть. Хва­тит гово­рить, что мы хотим луч­ше понять рос­сий­ские моти­вы. Рус­ские очень хоро­шо зна­ют свою цель: любы­ми необ­хо­ди­мы­ми сред­ства­ми отсто­ять свои инте­ре­сы на Ближ­нем Восто­ке. Что в этом неяс­но­го?

Average Rating

5 Star
0%
4 Star
0%
3 Star
0%
2 Star
0%
1 Star
0%

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *