Семей­ные релик­вии. Не пре­рвёт­ся связь поколений

Одна­жды по теле­ви­зо­ру я уви­де­ла, как в день Вели­кой Побе­ды, в Москве, мно­го –мно­го людей запол­ни­ли пол­но­стью от края и до края и дале­ко в глу­би­ну всю боль­шую, про­сто огром­ную ули­цу. Это мно­же­ство людей нес­ли, нес­ли и пока­зы­ва­ли всем-всем пла­ка­ты и таб­лич­ки с фото­гра­фи­я­ми, пожел­тев­ши­ми, ста­ры­ми, с воен­но­го вре­ме­ни. Их нес­ли береж­но и с боль­шим почте­ни­ем. Мой папа ска­зал, что эти фото­гра­фии с фронта–семейные релик­вии потом­ков участ­ни­ков войны.

Вла­ди­мир Фёдо­ро­вич Бан­дур­кин, кур­сант Качин­ско­го лёт­но­го училища
Пись­мо-кар­точ­ка Ф.Н.Бандуркина сент­бярь 1941

Потом папа объ­яс­нил, как он дума­ет, что такое связь поко­ле­ний. На при­ме­ре поез­да, кото­рый едет на стан­цию с назва­ни­ем «Общее Буду­щее». Паро­воз в такой поез­де исто­рия, а вагон­чи­ки – все наши семьи. И все эти вагон­чи­ки соеди­не­ны меж­ду собой, креп­ко при­со­еди­не­ны друг к дру­гу. А если соеди­не­ния меж­ду вагон­чи­ка­ми-семья­ми не проч­ные, то, когда появит­ся мно­го дорог они отсо­еди­нять­ся и не все поедут к стан­ции «Общее буду­щее». Поедут и по раз­ным доро­гам к стан­ци­ям «Чужое Буду­щее». Поэто­му связь меж­ду вагон­чи­ка­ми-семья­ми долж­на быть креп­кой и посто­ян­ной. Это очень важ­но, что­бы не поте­рять свою доро­гу из про­шло­го в буду­щее. И не потеряться.

Я спро­си­ла, и папа отве­тил, что у нас тоже есть семей­ные релик­вии. Из уро­ков исто­рии я зна­ла, что была Вели­кая Оте­че­ствен­ная вой­на, но кто из моей семьи в ней участ­во­вал мне было не извест­но. И тогда я ста­ла изу­чать пись­ма, фото­гра­фии, доку­мен­ты, рас­смат­ри­ва­ла орде­на и грамоты.

Пись­мо-кар­точ­ка Ф.Н.Бандуркина сен­тябрь 1941 года

Мне ста­ли осо­бен­но инте­рес­ны­ми 14 поч­то­вых кар­то­чек –писем с доро­ги на фронт папи­но­го деда, мое­го пра­де­да, напи­сан­ные и отправ­лен­ные им 79 лет назад. И ста­рая фото­гра­фия дедуш­ки мое­го отца, а мое­го пра­де­да Фёдо­ра Ники­фо­ро­ви­ча Бан­дур­ки­на. Фото­гра­фия не воен­ная, а дово­ен­ная, как раз перед вой­ной, перед отправ­кой на фронт. На фото­гра­фии мой пра­дед в обык­но­вен­ной фуфай­ке и кеп­ке, при­шёл с рабо­ты в кол­хо­зе в воен­ко­мат за повест­кой на вой­ну. Так и полу­чи­лась что эта одна –един­ствен­ная фото­гра­фия. Невзрач­ная на вид, но очень доро­гая пото­му, что един­ствен­ная для его детей, вну­ков и правнуков.

А ещё у нас есть семей­ная релик­вия – это быль, рас­сказ о том, на что мой пра­дед потра­тил свои тру­до­дни, зара­бо­тан­ные в кол­хо­зе. Мой пра­де­душ­ка Фёдор Ники­фо­ро­вич любил и умел хоро­шо петь. Поэто­му на свои тру­до­дни купил пате­фон и пла­стин­ку с пес­ня­ми пев­ца Леме­ше­ва, кото­ро­го про­сто обо­жал. И голос пра­де­да был очень похож на голос пев­ца Леме­ше­ва. Выучил пра­дед его пес­ни и пел на празд­ни­ках. А когда в авгу­сте 1941 года его вме­сте с зем­ля­ка­ми Ростов­ской обла­сти быст­ро в эше­лоне отпра­ви­ли к местам боёв с фашист­ским захват­чи­ка­ми на Укра­ине, мой пра­дед всю доро­гу пел и пел.

Под­ни­мал настро­е­ние всем, кто был с ним. Его голос был слы­шен не толь­ко в их вагоне, а дале­ко — дале­ко в дру­гих ваго­нах эше­ло­на. Близ­кие его по месту житель­ства при­зыв­ни­ки хуто­ра Куго­ея, непо­да­лё­ку от ста­ни­цы Егор­лык­ской, рас­ска­зы­ва­ли, что, когда пра­дед весе­ло пел для всех, по его щекам тек­ли слё­зы. Хуто­ряне-одно­пол­чане счи­та­ли и мно­го лет спу­стя, что мой пра­дед пред­чув­ство­вал что ско­ро, совсем ско­ро погиб­нет. Но пел и под­ни­мал настро­е­ние сво­их това­ри­щам. Что­бы вспо­ми­на­ли своё самое луч­шее. За что надо было идти в бой и что надо было защитить.

Сол­да­ты, с кото­ры­ми мой пра­дед пошёл в бой, попа­ли под мин­ный обстрел. Все залег­ли, а был при­каз бежать в ата­ку. Пра­дед пер­вым под­нял­ся и бро­сил­ся со сво­ей вин­тов­кой в ата­ку. И был сра­зу же убит разо­рвав­шей­ся впе­ре­ди миной. Гово­рят, что все­гда пер­вы­ми поги­ба­ли на войне луч­шие — кто пер­вым под­ни­ма­ет за собою в бой. Това­ри­щи, одно­пол­чане пра­де­да выби­ли вра­гов из их око­пов. А мое­го пра­де­да похо­ро­ни­ли в одной общей брат­ской могиле.

14 писем пра­де­да с доро­ги на фронт, и перед его пер­вым и послед­ним боем, были напи­са­ны хими­че­ским каран­да­шом. Бук­вы мно­гие выцве­ли и поблек­ли, текст труд­но читал­ся. В одном пись­ме он про­сил мою пра­ба­буш­ку, Евдо­кию Сер­ге­ев­ну, обя­за­тель­но выучить их детей: Люба­шу и Воло­дю. Даже, если оста­нет­ся одна, если он погибнет.

Фурс Любовь — выпуск­ни­ца РГУ 1949 г.
Бан­дур­кин В.Ф. Орден Соци­а­ли­сти­че­ской Рес­пуб­ли­ки Вьетнам

Моя бабуш­ка, Любовь Фёдо­ров­на, невы­со­кая, хруп­кая, сине­гла­зая, блон­дин­ка, весё­лая, но с желез­ной волей, выпол­ни­ла волю погиб­ше­го отца. В пред­по­след­ний воен­ный, 1944 год, в тапоч­ках, прак­ти­че­ски боси­ком, туфли для заня­тий были в сум­ке, при­шла и посту­пи­ла на био­ло­ги­че­ский факуль­тет Ростов­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та. Как ещё одна семей­ная релик­вия, хра­нит­ся её знак окон­чив­шей госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет. Брат бабуш­ки Вла­ди­мир Фёдо­ро­вич, как сын погиб­ше­го сол­да­та, мое­го пра­де­да, был при­нят в авиа спец­шко­лу (думаю, это как сей­час наш Пре­об­ра­жен­ский кадет­ский кор­пус). Окон­чил Качин­ское лёт­ное учи­ли­ще, мно­го лет отме­чал­ся как луч­ший лёт­чик, во Вьет­на­ме был пред­став­лен к награж­де­нию Орденом

Вита­лий Фурс-лёт­чик, участ­ник войны

Хоши­ми­на, в 1982 году, в зва­нии пол­ков­ни­ка, удо­сто­ен высо­ко­го зва­ния «Заслу­жен­ный лёт­чик СССР». А ещё рань­ше полу­чил зва­ние «Лёт­чи­ка-

снай­пе­ра». Его зна­ки выс­ше­го лёт­но­го мастер­ства — тоже релик­вии нашей боль­шой семьи.

Бан­дур­кин В.Ф. В гер­мо­шле­ме перед полётом
Кол­лек­тив­ное фото Заслу­жен­ных воен­ных лётчиков

Бабуш­ка, Любовь Фёдо­ров­на, вышла замуж за актив­но­го участ­ни­ка Вели­кой Оте­че­ствен­ной — Фур­са Вита­лия Гера­си­мо­ви­ча, в 17 лет отпра­вив­ше­го­ся на фронт. Лёт­чи­ка, горев­ше­го в само­лё­те, кон­ту­жен­но­го, мно­го раз ранен­но­го. Летав­ше­го и вое­вав­ше­го в одном эки­па­же с два­жды Геро­ем Совет­ско­го Сою­за Пав­лом Плот­ни­ко­вым. Деду после вой­ны вра­чи запре­ти­ли летать. Он в Росто­ве-на-Дону дру­жил и участ­во­вал в лите­ра­тур­ных кон­кур­сах вме­сте со сво­и­ми зем­ля­ка­ми Ана­то­ли­ем Кали­ни­ным и Нико­ла­ем Доризо.

К сожа­ле­нию, тяжё­лые ране­ния и болез­ни не поз­во­ли­ли мое­му дедуш­ке Вита­лию зани­мать­ся пол­но­стью лите­ра­тур­ны­ми тру­да­ми. Семей­ные релик­вии мое­го дедуш­ки Вита­лия после ухо­да его из жиз­ни: фото воен­ных лет, орден «Крас­ной Звез­ды», меда­ли. Да вот беда: зате­ря­лась сре­ди книг нашей огром­ной домаш­ней биб­лио­те­ки, в 19 папи­ных пере­ез­дах по квар­ти­рам и гар­ни­зо­нам, фрон­то­вая тет­радь деда Вита­лия Гера­си­мо­ви­ча с пове­стью «Воз­душ­ный бога­тырь» о лёт­чи­ке, его коман­ди­ре, два­жды Герое Совет­ско­го Сою­за Плот­ни­ко­ве. Это тоже семей­ная релик­вия и она обя­за­тель­но найдётся.

Бан­дур­кин В.Ф. Орден За служ­бу Родине
Бан­дур­кин В.Ф. интернационалист

Мой папа про­дол­жил тра­ди­ции, стал воен­ным. Слу­жил на Даль­нем Восто­ке, в Вен­грии, в Гер­ма­нии, в При­бал­ти­ке. Потом в Мини­стер­стве внут­рен­них дел Рос­сии, при­ни­мал уча­стие в кон­тр­тер­ро­ри­сти­че­ской опе­ра­ции и пере­го­во­рах в Чечне в 1995 году. Полу­чил зва­ние гене­рал-май­о­ра. Его награ­ды — тоже наши семей­ные релик­вии. Сре­ди них: орден «За служ­бу Родине в Воору­жен­ных Силах СССР» 3 сте­пе­ни за осво­е­ние бое­вой техники.

Сред­ний брат Роман вое­вал доб­ро­воль­цем-снай­пе­ром в погра­нич­ной части в Таджи­ки­стане, после тра­ге­дии с Мос­ков­ской погра­нич­ной заста­вой. И у него оста­лась ещё одна релик­вия – доку­мент участ­ни­ка бое­вых дей­ствий. Потом он закон­чил факуль­тет жур­на­ли­сти­ки МГУ. А стрем­ле­ние полу­чить уни­вер­си­тет­ское обра­зо­ва­ние – это, навер­ное, от релик­вии уни­вер­си­тет­ско­го зна­ка бабуш­ки Любы, посту­пив­шей в уни­вер­си­тет в воен­ное вре­мя, выпол­нив­шей наказ погиб­ше­го пра­де­да Фёдо­ра. Мой папа и три моих бра­та тоже закон­чи­ли госу­дар­ствен­ные уни­вер­си­те­ты в Росто­ве, в Риге и Москве (МГУ). Млад­ший брат Вита­лий, стал кан­ди­да­том фило­соф­ских наук, пре­по­да­ва­те­лем-доцен­том, полу­чил зва­ние май­о­ра МЧС.

Мария Коха­но­ва после при­ё­ма при­ся­ги 20.12.2019

Из релик­вий моей семьи: писем, доку­мен­тов, фото­гра­фий, наград, памят­ных, зна­ков я узна­ла глав­ное, что хоте­ла узнать –как мои род­ствен­ни­ки, род­ные и близ­кие мне люди участ­во­ва­ли в Вели­кой Оте­че­ствен­ной войне. А после вой­ны про­дол­жа­ли тра­ди­ции — учи­лись, слу­жи­ли Родине, выпол­ня­ли интер­на­ци­о­наль­ный долг. Новым фак­том для меня, открыв­шим­ся из про­шло­го, ста­ло то, что в годы вой­ны в нашей стране была очень высо­кая орга­ни­зо­ван­ность. И одним из при­ме­ров это­го явля­ет­ся чёт­кая рабо­та почты и 14 писем достав­лен­ные с фрон­та, с места боёв род­ным и близ­ким, и нам: в будущее.

Фурс Алек­сандр Вита­лье­вич, вице – пре­зи­дент Фон­да под­держ­ки про­ек­та «Дань памя­ти» име­ни Мусы Джа­ли­ля, член прав­ле­ния Меж­ду­на­род­ной обще­ствен­ной орга­ни­за­ции Обще­ство «Рос­сия – Гер­ма­ния», член Сою­за писа­те­лей Рос­сии, исто­рик – гер­ма­нист, гене­рал-май­ор в отставке
А.В.Фурс (в цен­тре в каму­фля­же и фураж­ке) на завер­ше­нии пере­го­во­ров в ОБСЕ в июле 1995г. Руко­по­жа­тие мини­стра РФ В.А. Михай­ло­ва и Гла­вы деле­га­ции Ичке­рии (Чеч­ни) после под­пи­са­ния дого­во­ра. В цен­тре сидят Шан­дор (Меса­рош) Вен­грия и Пелен (Фран­ция).

В кон­це про­шло­го, 2019 года, папа поде­лил­ся со мной одной заме­ча­тель­ной иде­ей — его про­ек­том «Кед­ры Вели­кой Побе­ды», кото­ром могут участ­во­вать все, жела­ю­щие уве­ко­ве­чить память сво­их отцов, дедов, пра­де­дов, род­ствен­ни­ков — участ­ни­ков Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны с воз­мож­но­стью полу­чить пас­порт на имен­ной «Кедр Вели­кой Побе­ды». Этот пас­порт будет пере­да­вать­ся от отца к сыну, затем к вну­ку, пра­вну­ку. И даль­ше через поко­ле­ния, как семей­ная релик­вия, хра­ня­щая леген­дар­ную память на 800‑1000 лет — сколь­ко живут кедры.

Мы с папой обя­за­тель­но выса­дим два «Кед­ра Вели­кой Побе­ды». Один посвя­тим мое­му деду Вита­лию, дру­гой пра­де­ду Фёдо­ру. При­дёт вре­мя, и я пере­дам пас­пор­та на имен­ные кед­ры мое­му сыну или доче­ри — как релик­вии нашей семьи. А они — сво­им детям. И тогда не пре­рвёт­ся связь поко­ле­ний нашей семьи.

Я про­дол­жу свою рабо­ту, под­го­тов­лю рас­сказ и обра­щусь в редак­цию еже­ме­сяч­но­го науч­но-попу­ляр­но­го жур­на­ла «Воен­ные зна­ния» с прось­бой опуб­ли­ко­вать этот рас­сказ, как про­дол­же­ние мое­го сочи­не­ния. Может быть, это повы­сит у моих сверст­ни­ков инте­рес к семей­ным релик­ви­ям, к исто­рии семьи и нашей страны.

Мария Коха­но­ва

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *